Городское крестьянство

Мои ногти слишком глубоко впились в землю. Настолько, что по ночам мне снится как я выхожу во двор своего собственного дома, наступаю на влажную траву и быстро пробегаю к беседке, чтобы в ней встретить рассвет. А иногда ради этого даже залажу на крышу с бутылкой воды и куском горячего хлеба.

Нас много. Мы неторопливы в рассуждениях и долго запрягаем. Сравниваем варианты. Просчитываем самые рациональные действия и оцениваем риски. Долго разминаем затекшие плечи. А потом плуг. И пахать от зари до заката, с перерывом на литр молока и получасовой отдых.

Мы видим несправедливость. И очень недовольны этим. Начиная с мелочей.  Даже с пластиковой бутылки брошенной неряшливо в двух метрах от мусорного бачка. И покачивая головой молча поднимаем продукт цивилизации и отправляем в чистилище для хлама.

Мы знаем, что лучшее – враг хорошего. И не стараемся улучшить то, что само по себе работает славно, сделано добротно и не требует нашего вмешательства. Улучшение инноваций для нас – агитлистовка на стене клуба, после которой начнется казнокрадство и массовые расстрелы.

Мы любим ходить в гости к соседям. Даже если они живут на другой стороне мегаполиса. За чашкой чая, неторопливой беседой и до появления на небе первых звезд. Иногда разбавляя это вином или беленькой. Мы помним наизусть все ноты, которые играет закипающий самовар во дворе.

Мы порой бываем чрезмерно наивны и ошибаемся. Теряем деньги. Занимаем безвозвратно, чешем затылки и говорим : «Дешево отделались». Так происходит естественный отбор в нашем круге.

Мы склонны к созерцанию и отсечению привязанностей. Большая часть нашей жизни сводится к уменьшению количества вещей вокруг за счет качества.  Мы не чураемся дальних дорог, а вернее с радостью вырываем эти моменты, чтобы вернуться домой.

Наши книги, музыка и фотокарточки являются интимной тайной. Мы не выставляем на показ свои эмоции и не требуем этого от других. Нам чужды кумиры всех мастей и видов и мы не требуем разделять наши взгляды.

Мы готовы работать много. От души отдыхать, не мешая остальным. Ограждать себя заборами и отвечать за порядок на своей территории. И даже влиять, не спеша, на события и людей. Но без фанатизма и раздирания рубахи за идею.

Нас интересуют не посевы, а урожайность. Не громкость песен, а их смысл. Не оголтелая истеричная глупость, а длинный закат с легким прищуром. Мы и есть — городское крестьянство.

В отличие от остального прогрессивного крестьянского городничества.