Кастрированные словечки, чувак…

А ты, чувак, пока можешь пойти к бару - там какая-то круглозадая цыпочка заказывает уже третий.— Дьюд, это написано здорово, но глупо. Эта статья для «Армстронга» хороша, и именно поэтому никуда не годится.
— Уолт, что за хрень ты несешь?
— Ты точно хочешь это услышать, чувак? Потому что если нет — я не буду тратить свое время и нервы, расшатанные еще бывшей.
— Ты можешь прямо сказать, что не так, а не вымогать леща?
— Ну ок.

Уолт кинулся к дорожке, метнул шар, положил шесть и вернулся.
— Они точно чем-то натирают скользким пол. Я бы сделал страйк. Но поскользнулся.
— И?
— Ну вот… Смотри — твои главные герои, как их там — Джефри и Джулиана. Это же позор. Пара белых встретившихся в баре которые переспали после пьянки.
— Что с ними не так?
— Да все! Имена. Они нарочито выпирают бейчиками и сосками. Надо дать им имена оставляющие загадку. И желательно такие, чтобы не сразу было понятно, кто какого пола. Типа Сиу и Санни. Даже Санни это слишком. Пусть будет Ори. Тут уже хрен поймешь какого цвета у них кожа.

— Или вот — встретились в баре. Он взял пиво, а она «Белый Русский» — это же ни в какие ворота. Пиво пьют только дегенераты, типа нас с тобой. А «Белый Русский» это уже рассизм. Назвал хотя бы «Голубой афроамерикан». Хотя голубой это тоже… Да и почему сразу алкоголь? Это ведь может быть плохо воспринято общественностью. Пусть они идут у тебя в органический ресторан и пьют смузи.
— Смузи?
— Да. Моя бывшая жена любила смузи, даром что еврейка.
— Но кто в здравом уме побежит трахаться после бокала смузи, Уолтер?
— А им и не надо трахаться. Ты пойми, что это лишнее. Это доминирование. Как там в Библии «И овладел ей». Ни в коем случае! Они Пошли к нему домой и смотрели фотографии со съемок фильма Ларса фон Триера, закатывая глаза в черно-белой тишине. Она была фригидной феминисткой, а он так вообще без яиц. То есть буквально. И ему их оторвало не в Корее, а он их сам обрезал, в знак протеста против забоя гринд на Фарерах.

— Да это же…
— Это же что? Они у тебя встречаются у входа в бар. А должны на закрытой презентации-перформансе, где мужик макает хрен в банку краски и возюкает им по стене. И все в восхищении? Вот ты когда нибудь окунал хрен в краску?
— А зачем мне это, Уолт?
— А потому, чувак, что это тонко и чувственно. Что в этом есть откровение и простота.
— А какая простота в головке отливающей зеленой эмалью и подтеках от мохнатки по стене?
— Вот именно поэтому твоя статья хороша и говно одновременна. Хороша, потому что описывает жизнь как есть, а должна рассказывать о том, что должно соответствовать ожиданиям главреда.
— То есть ты считаешь, что я должен написать о паре бесцветных придурков-кастратов со смешными именами, которые познакомились под раскачивающимся членом в краске, жахнули по арбузному соку со льдом и пошли домой смотреть артхаусное говно?

— Именно. И ты не поверишь какой тебя ждет успех. Главное не трогай никого, всеми восхищайся, не говори о себе, не поднимай голову и будь паинькой! С тех пор, как Флора Годфри захватила власть в журнале «Повеса», в котором взрослые мужчины когда-то выглядели как им и подобает, он превратился в конвейер брутального покаяния «Подвислые». Каждый новый герой рассказывает о том как он был неправ по отношению к дамам, что он готов отказаться от всего ради их покоя и благости и в целом только благодаря им добился всего в жизни. Чем тебе не вазектомия? Или Руди Сигал, из «Сервант в квадрате», которая считается главой всей этой редакторской стайки — она же не привыкла, что на нее смотрят как на равную. Ей нужно поставить каблук на спину самцу и оттянуть ошейник до упора. А у тебя нет ошейника.

Уолт отхлебнул пива.
— И поэтому твоя статья заранее провалена. Твой бросок.
— Уолт, но если все так, то почему все об этом молчат?
— А потому как сказать об этом без мата невозможно. А мат у нас запрещен, так как кто-то считает его слишком вульгарным. В отличие от нарисованных хером картин. Посмотри на Хесуса — раньше он крыл меня как сапожник, а теперь просто молча облизывает свой шар и плачет. Хотя ему это идет.
— И что же делать, Уолт?
— А ничего. Приходи домой, передергивай на ковре и жди когда старуха с косой заберет тебя с автостоянки, как беднягу Донни.

Уолт достал пистолет из сумки.
— Ну ты видел? Бенни опять заступил и засчитал себе страйк! Я должен положить этому конец. Не бойся, пистолет не заряжен — пришлось продать патроны, чтобы купить корм собаке бывшей. А ты, чувак, пока можешь пойти к бару — там какая-то круглозадая цыпочка заказывает уже третий.

Уолт смял листок со статьей, громко сморкнулся в него, выбросил в урну и сделал шаг вперед.

Хотите читать новое первым?

Powered by MailChimp