Колька-кадр

Колька Кадр был уникален, многогранен и ужасен одновременно. У него был совершенно правильный неразговорчивый брат старше его на два года с моралью серьезного вора строящего карьеру в госорганах.

В отличии от брата поведение Кольки было похоже на ураган подхвативший цыганский табор в момент испития крови козла. Колька был не простой человек, воспринимающий мир как неизбежность — Колька был барыга-трудоголик.

На момент нашего знакомства он подрядился поставить местной теплоцентрали партию новых задвижек различного диаметра. Как истинный молодой буржуа девяностых идею купить их на заводе и привезти заказчику Колька отмел как слишком простую и низкомаржинальную. На полученную предоплату он нанял бомжей, обитавших около промзон в городе и соседних поселках, которые составили костяк его мимолетного бизнеса. Он снабдил их блокнотами и ручками и отправил на освоение земель. Бомжи добросовестно записывали в них местоположение задвижек в заброшенных зданиях, цехах и тупиковых теплотрассах ведущих в никуда. За каждую найденую и записанную задвижку Колька выдавал работнику сто грамм водки. За элеваторный узел — бутылку. За задвижку большого диаметра с электроприводом — бутылку водки и пять банок тушенки.

Наебать Кольку никому не удавалось — бомж приписавший себе пару задвижек «на похмел» был жесточайшим образом отметелен первым попавшимся под руку штакетником на глазах коллег. После этого Коля, со своими сотоварищами на стареньком Опеле, который был переоборудован его умелыми руками в газо-сварочный цех проехал по карте и срезал все задвижки. Собрав все задвижки он пригласил знакомых бомжей для проведения обряда воскресения. Наждачной бумагой они вышкурили все железные детали изнури и с наружи, после чего обезжирили и покрыли их краской. Колька лично красил штурвалы. Через неделю вся партия была готова и поставлена заказчику. Принимающая сторона была счастлива, и только приемщик на складе высказал некоторый скепсис, который исчез моментально после нескольких зеленых бумажек, опущенных ему в карман колькиной рукой.

На вырученные деньги Колька купил себе грузовую Газель-транспортер цвета «синий зеленец» , серебристый однобортный костюм и кроссовки.
Насмотревшись фильмов про дальнобойщиков колька соорудил своими руками в Газели утепленный спальник, где предавался половым утехам с самыми маргинальными дамами со средним чеком за минет в два доллара.

При этом Колька иногда влюблялся. В первую очередь он дарил девушке розу, после чего приходил к ней в гости и задорным матом и умелыми руками очаровывал родителей. Далее он менял в квартире сантехнику, приносил несколько ящиков тушенки и гулял даму в ресторан, где не позволял себе лишнего. После этого провожал даму до дома и томно смотрел с ней на звезды. Ухаживания длились долго (что не мешало ему также как и прежде драть двухдолларовых прошмандовок). Когда дама сдавалась и шла к нему всем телом Колька снимал номер в дорогой гостинице, устраивал романтик и нещадную еблю, после чего моментально охладевал к предмету страсти и больше не появлялся на ее горизонте игнорируя звонки.

Колька очень любил детей, он называл их ласково «мелкие выпердыши» и готов был играть с ними часами. Если он шел в гости к людям у которых были дети он покупал им «немного сладенького». Его мерой были коробки с шоколадом, коробки печенья и ящик мандаринов. Родители поражались его щедрости тому, как их чада быстропереходили на матерную форму общения. И при этом он без зазрения совести поставлял по госзаказу фрукты более чем второй свежести в детские дома, радуясь хорошей выгоде.

Матерился Колька жутко. Но очень красиво. В купе с его заиканием такие слова как «мелкий пидарчонок» и «сиповка мудопидарская» вплетались в речь причудливым узором и были украшением любого стола.

Однажды Колька устроился прорабом, снабженцем и по совместительству сторожем, на одну крупную стройку. Здесь он обрел Дзен между безбожным воровством и высокой эффективностью работы. Он был прекрасен в деяниях своих, бросил пить и даже завел на стройке собаку, которую кормил чистым мясом.

Все шло хорошо. Но Колька сорвался. Упился портвейна с вискарем. Снял прошмандовку. Приехал на стройку. Блядь захотела жрать. Колька взял кусок проволоки, замотал его на шее своего пса и придушил. Разделал тушку перочиным ножом, испачкав свой серебристый костюм и кроссовки в крови, и тут же пожарил на выломаных из деревянного полета досках. Сидя у бетономешалки Колька бездумно обгрызал собачьи кости. Упившаяся блядь блевала опершись рукой на кирпичную кладку.

На утро Колька ушел со всех должностей и кормушек. Через неделю подал заявление с девушкой, за которую давали джип, деньги и должность егеря с домиком в лесном хозяйстве. Куда и отбыл на следующий день после свадьбы, состоявшейся через три дня.

Колька обжился в глуши и выезжает в город только к блядям и за продуктами

Хотите читать новое первым?

Powered by MailChimp