Признание #38

Каждый год, на самом кончике июня я пишу некий итоговый документ прожитого года. Трактат о накопленном, потраченном и отложенном на будущее. И почему кто-то решил, что в этом году что-то будет иначе, позвольте задать себе вопрос?

Этот год выдался. Старшая отчалила во взрослую (ну так кажется) жизнь в другую страну. Младшая несколько остепенилась. Мама, в семьдесят шесть, вышла на пенсию, через что озадачилась поиском нового занятия. Жена спорила, доказывала, похмеляла. Теща признавалась в уважении и норовила поделится свежими словами из телевизора.

Я дважды побывал в стране Картли. Мало того — нам даже удалось посетить Дубайск без обезвоживания. Я пил вина. Я вступал в заведомо проигрышные дискуссии. Я был честен, местами зол, местами обескуражен. Да. «Обескуражен» пожалуй было главным словом междулетья. Даже с приставкой «пиздец», я бы сказал.

Период, в котором я оказался, не нов — я проходил его где-то в 2010, в такой-же середине года. Возможно археологи с астрологами смогут выяснить закономерность, но по мне — говно просто случается, ибо пришло его время. Как выборы.

О, друзья мои! Вот чьи душевные котировки терзают меня и заставляют играть на повышение.
Я одергивал вас когда вы переходили в истерику и фанатизм. Вы останавливали меня когда я поедал себя или был чрезмерно зол. Вы говорили мне правду в лицо — я говорил от сердца.

Были времена и я был относительно богат, по своим меркам. Я приходил в ваши дома с полными руками, карманами, рассказами и бутылками.
Пришло другое время. Но те из вас, кто был рад мне пришли с ответкой. И я ценю это, помню и очень рассчитываю в скором времени снова стучать носком туфли в ваши двери, ибо руки мои будут полны.

За этот год несколько людей ушло. Кто-то устал, и это я понимаю. Кто-то решил что хватит. И это я приму. Кто-то умер. Этих я не понимаю, но с селяви не поспоришь.

Но, немного, но появилось. Кто-то родился, что весьма своевременно. Кто-то вернулся из прошлого, впуская декабрьский мороз и перегар в сени. Это отлично. А кто-то встал рядом, молча плеснул в стакан живого сока и немедленно выпил сощурившись и улыбаясь. И это — непередаваемо хорошо.

Есть люди, которые дарят мне минуты своей жизни. Есть те, которые не отбирают. Я прекрасно чувствую себя рядом с ними, и без них. Были бы здоровы и покормлены.

Настоящее прирастает. Фальшивое истощается. Пузыри лопаются. Грозди набухают.

И вот здесь, в этой болотной закваске, стало многое неважно — вся эта политика, все лозунги, идеи, религии эти чертовы, и прочая наносная хуета, так свойственная приматам нашей эпохи.
Пропало начисто желание выбирать сторону, быть правым или примкнуть к очередной биомассе соратников по дыханию.

Мне все еще бывает стыдно, неудобно и страшно — значит совесть не затекла жирком. Мое перо остро, хотя чернила немного подсохли. Руки мои крепки и незамысловато хозяйственны. Моя голова снова научилась считать, строить и выгружать шлак в специально отведенные утилизаторы за пределами места обитания. Я почти бодр, приблизительно свеж и до неприличия жизнеспособен.

Год завершается в пике. Дно ущелья все ближе, но я, почему-то, верю, что есть сила, которая не даст мне расшибить лоб.

Что-то, что сможет вытащить на горизонт и, обогнув блок-посты и дома скорби, двинуть над холмами к тем, кто все еще подогревает еду и охлаждает напитки ожидая меня.

Я думаю это любовь.

Хотите читать новое первым?

Powered by MailChimp